В Институте скорой помощи 47 мест для пациентов, при этом госпитализированы 50. По словам специалистов, Омикрон не щадит непривитых, и смертность продолжает расти.


На одном этаже лечение получают 25 пациентов. На них приходится всего два врача и четыре медассистента

 

"Это кошмар, мы практически не можем передохнуть, потому что поток очень большой," - сообщила врач отделения интенсивной терапии, ИСМП Анастасия Баркарь.

 

Один врач занимается лечением восьми пациентов, а это в два раза больше, чем предписано правилами.

 

"К сожалению, медицинский персонал выбивается из сил, мы все хотим уйти в отпуск, но не можем, потому что нас мало", - сказала врач.

 

Медики прогнозируют пятую волну пандемии, поскольку в нашей стране выявили две мутации африканского штамма, BA.1 и BA.2. ВОЗ утверждает, что они заразнее первоначального Омикрона.

 

Единственное, что радует медиков - это то, что штамм Омикрон не поражает легкие так сильно, как штамм Дельта, когда приходилось интубировать молодых и совершенно здоровых людей. В основном в отделениях интенсивной терапии находятся пациенты, у которые есть хронические болезни и потому лечение длится дольше. Хотя заболеваемость слегка снизилась, смертность растет. На прошлой неделе скончались 134 больныхз ковидом, это на 12% больше, чем неделей ранее.

 

Врачи Института скорой помощи говорят, что не знают, сколько еще смогут выдержать такой ритм - их отделение за два года пандемии не закрывалось ни на один день.

 

"Совершенно очевидно, что мы на пределе. Не думаю, что стоит куда-то жаловаться, поскольку всем все равно. Мы на войне, так нам говорят сверху, а на войне надо воевать,"- сообщил глава отделения интенсивной терапии, ИСМП Иван Кывыржык.

 

Страны с высокой степенью иммунизации постепенно отказываются от ограничений. В Молдове, из-за низкого уровня вакцинации, эпидемия коронавируса продолжается.

 

Доктора считают, что государство нескоро избавится от ковида в условиях когда власти ничего не делают, чтобы развеять мифы об иммунизации, а Минздрав до сих пор не разработал стратегию кампании по информированию родителей детей старше 12 лет о необходимости привиться.

 

"Мы боремся, но не знаю, почему боремся только мы", - сказала врач.